5 августа 1994 года. Гавана. Кастро у власти тридцать пять лет, а люди голодны, измучены отключениями электричества и отчаянно хотят уехать.
Слухи о лодках, отплывающих с острова, привели толпы людей в порт. Тысячи присоединились к волнениям, и гнев против диктатуры выплеснулся на улицы. Это и было Малеконасо.
Подавление протестов обернулось сотнями арестов, в том числе оппозиционных активистов, чьё участие в организации восстания не было доказано. Глорию Браво, активистку Ассоциации матерей за достоинство, и Карлоса Риоса из оппозиционной группы Cambio 2000 жестоко избили под стражей.
17 сентября 162 задержанных перевели в Kilo-7 — тюрьму строгого режима в Камагуэе. Наказание продолжалось ещё долго после того, как улицы опустели.
Кастро временно разрешил выезд. За примерно пять недель в августе—сентябре 1994 года в море вышли около 35 000 кубинцев — в среднем примерно 1 000 человек в день. Это исход balseros, последовавший за Малеконасо.
В 1980 году он уже открывал порт Мариэль. В ходе того исхода около 125 000 кубинцев добрались до Соединённых Штатов: примерно по 800 человек в день за приблизительно 160 дней отплытий с апреля по сентябрь. Только в мае прибыло более 86 000 человек — в среднем почти по 2 800 в день. Кастро также использовал Мариэль, чтобы силой выслать тех, от кого хотел избавиться.
Мариэль в 1980-м. Balseros в 1994-м. Оба раза, когда Кастро ослаблял выездной контроль, кубинцы тысячами отправлялись к якобы злобному империалистическому чудовищу по ту сторону моря. Видимо, это чудовище казалось куда менее страшным, чем ещё одна жизнь в его социалистическом раю.